«Одна из пуль так и осталась в голове»: ополченец стал рекордсменом после тяжелого ранения

Эксклюзив Новостного агентства «Харьков» 

Ветераны боевых действий, бывшие военнослужащие, как правило, имеют в своей медкарте диагноз посттравматическое стрессовое расстройство. На войне на востоке Украины его негласно прозвали «донбасский синдром».

Конфликт продолжается уже шестой год. Основное количество погибших и раненых было в самом начале – в 2014 году. Добровольцы получали ранения и уходили в тыл, где их ждал тот самый «синдром». Есть те, кого это «съело», но многие преодолели себя и стали победителями.

«Вы знаете, что наша Петровка (так дончане называют Петровский район города, — прим. ред.) раньше считалась самой чистой и живой частью Донецка? – говорит Дима. – Здесь газоны всегда были зеленые, люди отдыхали летом прямо на траве, как в фильмах. Помню, участки под дома с радостью покупали, сколько красивых построек было! А сейчас… Разрушено все, уныло».

Дмитрий Черкасов имеет юридическое образование, более 15 лет своей жизни отдал службе в полиции, несколько лет до войны работал шахтером. Весной 2014 года получил производственную травму и недолго лежал в больнице, выписался уже под звуки артиллерии вокруг города – ушел в ополчение.

От двух бывших супруг у Димы есть 15-летняя дочь и 11-летний сын. Со своей нынешней женой Людмилой они вместе седьмой год, знакомы еще со школы, отношения начали в 2013-м, а расписались за месяц до войны.

«Когда ты выходишь замуж за самостоятельного человека, за мужчину, а потом врачи говорят, что он будет лежачий, не понимающий ничего овощ, это страшно», – вспоминает супруга.

В ночь с 5 на 6 августа 2014 года, будучи командиром взвода в «Шахтерской дивизии», Дмитрий с сослуживцами выполнял боевую вылазку под городом Кировское. ВСУ это заметили и обстреляли их из автоматов. Пять пуль оказались в ноге у Черкасова, еще две – в его черепной части. Утром 6 августа жена узнала о ранении супруга и отправилась в больницу им. Калинина в Донецке.

«На этом связь прервалась, – говорит Люда. – Я, моя мама и свекровь поехали в больницу, обошли все корпуса – его нет. Осталась нейрохирургия… Уточняют, что привезли парня с татуировкой на плече. Я понимаю, что это мой Дима, но он, говорят, не выживет – ранение в голову».

Одну из пуль врачи решили не доставать. Дима ходит с ней и сегодня. В реанимации Черкасов три дня лежал без сознания. Операцию по спасению ноги ему проводил Сергей Яковлевич Коровка. Мать Люды тогда ей сказала: «Если ты хочешь уйти от него, уходи сейчас, пока он без сознания. Но если хочешь остаться, то уже навсегда».

Первая ампутация части ноги прошла в республиканской травматологии. Из-за постоянных бомбежек работало минимальное количество сотрудников, почти не было медикаментов. Операцию Диме делал травматолог, никогда не проводивший таких процедур. В больнице не было даже воды – родственники ведрами черпали ее из забитого водорослями и мелочью фонтана во дворе.

Через несколько дней началось нагноение, первая стадия гангрены. Диму ночью на простынях положили на пол в маршрутку и вывезли с женой в Ростов-на-Дону, где его отказались оперировать.Тогда семья поехала в Крым, где сделали последнюю ампутацию. Первые месяцы восстановления Дмитрий ничего не помнил, его рука и нога были парализованы, он не мог двигаться, даже говорить, как ребенок.

«Мы начинали учить алфавит. Он по порядку буквы запомнил, а вразброс уже не знает. И так во всем, – делится Людмила, обнимая своего супруга. – Это было очень сложно, продолжаем заниматься и сейчас».

Летом 2018 года Черкасовы ездили на отдых в Седово, где встретили Ольгу Волкову – руководителя донецкой общественной организации для инвалидов «Дельфины», которая пригласила Дмитрия заниматься плаванием. Обсудив, супруги решили попробовать, пришли в бассейн, познакомились с тренером Галиной Гордеевой.

Год назад Дима не мог говорить слово «тренер» и не запоминал имена. Сегодня у него светятся глаза, он знает, что в понедельник, среду и пятницу у него тренировки. Дмитрий просыпается в 6 утра, его жена едет на работу и к 8 часам завозит его на плавание. В «Дельфинах» он занимается полдня. Таким образом, 3 дня в неделю он полноценно живет. Раньше Дима не мог завязать себе шнурки, плохо чувствовал правую руку, а теперь он даже ремонтирует что-то, делает все сам. Он чувствует, что может быть полезным.

Черкасову в ходе операции удалили часть серого вещества, задетого пулей. Спустя время стало ясно, что это сказалось на памяти и скорости мышления. Дима может говорить внятно и быстро, но иногда забывает слова или плохо составляет фразы.

«В больнице в Крыму ему кололи много обезболивающих, – вспоминает Людмила. – Дима показывал мне руками, чтобы я позвала медсестер. Они приходили и говорили: «Пока имя жены не назовешь, не сделаем укол». А он отвечал: «Баба моя это». Кем я только не была, но не Людой», – смеется супруга.

Сегодня он может рассказать до мелочей любую подробность о жизни до ранения. Но то, что происходило после, ему запомнить тяжело.

– Не жалеете, что пошли в ополчение тогда?

Нет.

Абсолютно?

Был бы здоровый и сейчас бы воевал, — уточняет Дмитрий.

Новая сторона жизни, его полноценность, началась у Димы в первую очередь благодаря супруге. Теперь же, вместе с «Дельфинами», он заработал грамоты, медали, кубки и установил рекорд по плаванию. Он нашел новых друзей, они помогают и понимают друг друга.

«Я вышла с его первой тренировки и начала плакать от шока и жалости. Тренер тогда мне сказала, что люди там сильнее всех нас. А у меня с Димой на двоих – три ноги, и этому нужно радоваться», – со слезами говорит Людмила.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ «Беснование пройдет»: русский священник рассказал, каким видит будущее Украины и РФ

Присоединяйся к нам на канале в Яндекс.Дзен

admin

Добавить комментарий